Живя настоящим, помни о прошлом

Новый 1921 год по юлианскому календарю в Керчи, по которому фактически все годы гражданской войны продолжал жить город, принес очередную новость. 13 января Керченский уездный ревком принял решение о переименовании нескольких улиц. Переименования случались и раньше, в дореволюционную пору, но теперь это было нечто иное. Никогда прежде не могли на улицах Керчи появиться имена впрямую ничем не связанные с историей города. Но сейчас именно они пришли в город, являясь символами нарождавшейся эпохи, повсюду звучавшие и уже хорошо известные в Советской России, частью которой Крым, превратившись в Крымскую АССР, станет официально несколько месяцев спустя.


Новая власть, несомненно, не могла допустить существование идеологически чуждых названий, с которыми горожане сталкивались каждый раз, выходя на улицу или площадь, посылая письма, указывая адрес при оформлении документов... «Проклятое прошлое» должно было уйти в небытие, должно было быть забытым и вычеркнутым из жизни навсегда.
Знаковыми именами, напоминавшими об ушедшей эпохе, были, конечно, имена российских императоров, генерал-губернаторов Новороссии, градоначальников Керчи. Раздражали слух названия, связанные с религией, сословным делением старого общества. Это была память об ином государственном устройстве и системе управления, иных духовных ценностях.

Едва была объявлена победа над Врангелем, как Крымский революционный ревком в своем приказе под №2 от 16 ноября 1920 года требует от нижестоящих органов власти назвать в каждом городе на территории Крыма главные улицы в честь Красной Армии, товарищей Ленина и Троцкого, а также командующего Южным фронтом товарища Фрунзе.

Приказ этот хотя и не сразу, но был реализован впервые в Севастополе, где старейшая улица города, Екатерининская, стала носить имя Ленина на основании постановления Севастопольского ревкома от 3 января 1921 года.
Керченский уездный ревком спустя десять дней принимает свое решение, которое можно признать более чем полным воплощением в жизнь революционного крымского приказа, подписанного Бела Куном. В отличие от Симферополя, где появилось четыре новых названия, но отнюдь не предписанных (и, как оказалось, только на бумаге), в Керчи на заседании ревкома решено переименовать сразу семь улиц, названия которых вызывали, надо полагать, наибольшее неприятие. Выбор пал на улицы Николаевскую, Воронцовскую, Строгановскую, Спицынскую, Дворянскую, Мещанскую и, почему-то, 1-ю Босфорскую. Сформировались эти улицы в числе первых керченских, находились в старой части города (как бы мы сейчас сказали), названия свои получили в 30-70-е годы XIX века. И, конечно, носили соответствующие своему времени имена и, что очевидно, не случайно. О Николае I и М.С.Воронцове относительно Керчи можно рассказать многое. Но достаточно вспомнить, что эти государственные деятели неоднократно посещали город и проявляли о нем подлинную заботу. Заботился о Керчи, пострадавшей в период Крымской войны, и граф А.Г.Строганов, правивший в ту пору Новороссийским генерал-губернаторством. Градоначальник А.П.Спицын, прослуживший на этом посту в Керчи около двадцати лет, оставил после себя много добрых деяний, за что был назван горожанами первым гражданином города. О роли дворянства и мещан и говорить не приходится. Что касается 1-й Босфорской, она пострадала, очевидно, по той причине, что являлась одной из важнейших транспортных улиц, не потеряв этого значения и сегодня.

В итоге, в протоколе №7 заседаний ревкома от 13 января 1921 г. появилось решение «О переименовании улиц», согласно которому Воронцовская стала называться улицей Ленина, Строгановская — Энгельса, Спицынская — Карла Либкнехта, Дворянская — Розы Люксембург, Николаевская — Карла Маркса, Мещанская — Красноармейской, а 1-я Босфорская получила имя Свердлова.

Вновь присвоенные имена в данном конкретном случае сохранились ныне только по отношению к трем улицам: Ленина, К.Маркса и Свердлова.
Улица Энгельса, простиравшаяся вначале до угла с улицей Карла Маркса, в предвоенные годы перенесла свое имя на часть бывшей Карантинной улицы (до ж.д. переезда), ставшей на ту пору ул. Кирова, и тоже была названа, но уже в 1959 году, именем Сергея Мироновича Кирова.
Похожая судьба и у улицы Карла Либкнехта. В том же 1959 г. она стала частью (началом) улицы Свердлова.

Улица Розы Люксембург в конце 1930-х гг. поглотила своим названием Греческую улицу, но в 1959 году была переименована в Театральную: в то время здесь шло строительство драматического театра им. А.С.Пушкина.

Что касается улицы Красноармейской, то она довольно долго сохраняла это название, пока в 1962 году не уступила его имени керченского революционера Семена Терентьевича Самойленко.
Январское решение о переименовании старых улиц стало первым, но далеко не последним, что подтверждают и вышеназванные сведения о судьбах Карантинной и Греческой улиц.
В 1924 году последовала новая серия переименований. Теперь-таки вспомнили имя Троцкого (выбор пал на улицу Садовую, нынешнюю Козлова, которую в 1930-1957 гг. называли Колхозной), прибавили еще и Зиновьева, чьим именем назвали бывшую Институтскую (вероятно, с 1932 г. и поныне ул. Крупской). Фрунзе надолго забыли и вспомнили о нем только в 1937 году. Тогда и была переименована улица Братская. В год смерти Ленина (а это был и год 5-летнего юбилея восстания 23 мая 1919 года) были увековечены имена павших партизан — участников этих событий. Появились улицы Горбульского (вместо Монастырской) и Петра Алексеева (вместо 2-й Босфорской). Улица Константиновская, названная в 1858 г. в честь великого князя Константина Николаевича, стала называться: «23 мая 1919 года». Так же был переименован и Константиновский переулок. И в Аджимушкае — центре партизанской борьбы — появились тоже свои новые названия, связанные с периодом гражданской войны: улицы Краснопартизанская вместо Церковной (1-й Продольной), Братьев Мальченко (быв. 2-я Продольная), Рязанова (быв. Верхняя Скальская), Горбульского (быв. Поперечная к Царскому кургану). И, главное, улица Осовинская превратилась в улицу Ленина (нынешняя Коммунаров).
В Новокарантинной слободке пер. Новый назвали именем одного из керченских большевиков А.А.Степанова (теперь этой улицы давно нет, она застроена в начале 1970-х гг. многоэтажными домами, выходящими на современную улицу Сморжевского).
Наконец, в самом городе, не забудем, нанесли еще два удара по «церковным» названиям. Соборная площадь отныне именовалась пл. Октябрьской революции, а ул. Троицкая стала называться «Курсантов», в честь слушателей курсов красных командиров, располагавшихся в это время в здании бывшего Кушниковского института (ныне школа им. Володи Дубинина).
Оставались и в городе, и за его пределами еще несколько названий, достаточно громко напоминавших о прошлом. Это были улица Екатерининская в Еникале, разделенная на две половины и превращенная в улицы «Красная» и «Ленина» (ныне, соответственно, 2-я Береговая и Береговая), а также наименованная в честь Александра II Александровская набережная в Керчи, утратившая первую часть своего названия и спустя шесть лет, в 1930 году, получившая имя И.В.Сталина. Стемпковская и Херхеулидзевская улицы, названные в свое время в честь достопочтимых керченских градоначальников, стали именоваться довольно скромно. Первая превратилась в улицу Крестьянскую (ныне Володи Дубинина), а вторая — в «Соляную слободку», переименованную вскоре, в 1927 году, в память П.Л.Войкова, чье детство прошло на этой улице, в доме, принадлежавшем его деду купцу Филиппу Иванову. Теперь эта улица всем хорошо известна под другим названием: с 1959 года она носит имя И.К.Айвазовского.
Еще два, обнаруженных нами постановления, относятся к 1930 и 1937 гг. Выше уже упоминались отдельные сведения тех лет. Подчеркнем, что и на этот раз, осуществляя новые переименования, стремились теперь уже окончательно «зачистить» названия, имевшие отношение к старой эпохе. Судите сами.
Улица Михайловская, названная в 1858 году в честь великого князя Михаила Николаевича, стала отныне носить имя «красного офицера» К.Е.Ворошилова (теперь ее знают как улицу Циолковского).

Переулки Синагогский и Католический стали именоваться, соответственно, «Безбожника» и «Первомайский». Последний теперь называют Спортивным, о судьбе первого мы еще упомянем. Переименовали оба Тюремных переулка (ведь после революции тюрьма была «домзаком») и они стали носить имя Горького, как и Тюремная площадь, давно исчезнувшая вместе с переулками. Торговый получил название Кооперативного, а Ремесленная улица превратилась в Пролетарскую. Исчезла Магистратская, все ее знают теперь как Советскую. Предтеченская площадь (главная площадь города) была присоединена к площади Толстовской, названной так, возможно, в 1924 г. по находившемуся на ней одноименному скверу (ныне сквер Славы) и утратила свое название (с 1959 г. пл. Толстого носит имя Ленина). Не стало Мечетной улицы, трех Мечетных, а также Церковного переулков. И на карте города появились имена Пушкина, Маяковского, Гоголя, Некрасова, Димитрова. Именем последнего назвали греческую школу. Это было уже традицией, ведь существовали армянская школа им. А.Ф.Мясникова (Мясникяна), татарская им. Н.Нариманова, школы II ступени им. А.И.Желябова (вместо имени убитого народовольцами Александра II) и им. В.Г.Короленко (бывшая Романовская гимназия), школа Водтрана им. П.П.Шмидта (бывшая Керчь-Еникальская торговая школа Цесаревича Алексея). В предвоенные годы на улице Кирова действовала одноименная школа, а в поселках Войкова и Камыш-Бурун появились вновь построенные школы им. Сталина и Войкова, Горького и Орджоникидзе. Можно вспомнить и школу Некрасова (быв.1-е Форштадское народное училище) на ул Чкалова. Теперь уже нет и новой школы под тем же именем на ул. Пушкинской.
Сообщим еще один небезынтересный факт. Большое поле (луг) в пойме речки Катерлез в народе получило название «Японское». Будучи местом мобилизации, оно стало памятью трагических для многих керчан событий войны 1904-1905 гг. Теперь была другая эпоха, Япония стала членом «Антикоминтеровского пакта», присоединилась к агрессивному союзу Германии и Италии, направленному против СССР. И поле переименовали в Первомайское, поскольку на нем ежегодно проводили физкультурные парады, отмечали первомайские и октябрьские торжества.
Переименования тех лет коснулись не только идеологически опасных названий, улиц, переулков, учебных заведений, но и охватили круг совершено нейтральных топонимов. Исчезли, к примеру, враз все пять Подгорных улиц, уступив место названиям из того большого списка, которым пользовались при создании новой топонимии на всем пространстве огромной страны. Вместо них появились улицы Желябова, Чернышевского, Дзержинского, Стаханова (ныне Декабристов), Воровского.
Отныне и при переименованиях и при наименованиях предпочтение отдавалось именным названиям — антропонимам. В самом городе, в его бывших предместьях и поселках были увековечены имена деятелей российского и международного коммунистического движения, борцов революции, вождей крестьянских восстаний, героев гражданской войны, стахановцев, первых Героев Советского Союза, писателей и поэтов, ученых, космонавтов… Особое место в этом ряду занимают имена, связанные с событиями Великой Отечественной войны, в результате которых Керчь заслужила высокое звание города-героя.
Пытаясь анализировать весь объем ныне существующих названий, задаешься вопросом, что сохранилось в современном городе из прошлого, из дореволюционных времен. И приходишь к неутешительным выводам.
Почти не тронуты улицы и переулки, наименованные по Митридатовой горе. Пострадала лишь Верхне-Митридатская (ныне Рыбакова), зато появился в советское время Митридатский тупик. Утрачено четыре из десяти названий, имеющих в своей основе гидроним «Босфор» — древнее наименование пролива. Речь идет об уже упомянутых двух Босфорских улицах (3-я это нынешний пер. Ушинского) и 3-м Босфорском переулке, носящем сегодня имя Клабукова. Название же площади Босфорской перенесено в другое место и тем самым сохранено хотя бы в таком виде. Исчезла Пушкинская площадь, но есть ул. Пушкина. Нет Таманской площади, но появилась Таманская улица. Нет Театральной площади (от старого театра ничего не осталось), теперь на ней памятник партизанам в виде знамени, но есть уже упомянутая Театральная улица и номинально сохраняется Театральный переулок, о существовании которого мало кто знает. Это скорее спуск от бывшей одноименной площади к пер. Почтовому (старое название!) и далее к улице Ленина. Еще Сенной и два Морских переулка сохранились. Госпитальная, Шлагбаумская улицы в этом же списке. По-прежнему существует Новый проход и несколько Нагорных улиц и переулков на Митридате. (Но нет нигде Предельных улиц, являвшихся границей старого города. Последними в 1985 г. исчезли две Предельно-Нагорные.) Есть Эспланадная улицы и переулки, они служат памятью о старой Митридатской крепостной эспланаде. В бывших поселках градоначальства сохраняются буквально крохи: улицы Большая в Капканах, Рудниковская в бывшем Катерлезе и Школьные переулки там же. По большому счету, вот, пожалуй, и все.
Удалось ли за прошедшие со времен перестройки десятилетия хоть что-либо восстановить из утраченного? Прямо скажем, немногое, если иметь в виду собственно переименования. Вернулась Шлагбаумская площадь (в советское время она была Комсомольской), поселки Аджимушкай, Еникале, Джанкой (звучит теперь в новой форме Джаныкой), Форштадт, Скассиев-Фонтан, Камыш-Бурун и Эльтиген за пределами бывшего градоначальства. (Что-то из этого в действительности и не забывалось, а что-то уже никакими решениями не возвратить). Радует, что на улицах города появились имена наших земляков, о которых не принято было раньше особо вспоминать: ученого Н.И.Андрусова, святителя Луки (Валентина Феликсовича Войно-Ясенецкого).
Вместе с тем, благодаря тому, что отдельные дома на городских улицах украсились новыми мемориальными досками, в Керчь стала возвращаться память о тех названиях улиц, которые существовали в старом городе, память о дореволюционном прошлом. Последнему служат и вновь установленные памятные знаки.
Начало было положено летом 1994 г. открытием мемориальной доски на стенах бывшей женской гимназии, во дворе которой некогда находился генералитетский дом — место ночлега семьи Раевских и Пушкина. И напомнили они о давней истории посещения великим поэтом нашего города 15-16 августа 1820 года.

А еще в большей мере, пожалуй, в том же 1994 году — открытием мемориальной доски Ю.К.Торопьяно (Терапиано), известному поэту, литературному критику и публицисту русского зарубежья, на улице Пирогова, на доме, в котором он родился и жил. И к нам вернулось имя участника белого движения, эмигранта, вернулось из того мира, в котором прежде пребывала Керчь.

Вспомнили о деятелях дореволюционной археологической науки, столь примечательной в Керчи, и на ул. Советской и Пирогова появились в 1996 году мемориальные доски в честь, соответственно, В.В.Шкорпила и П.А.Дюбрюкса. (Именем последнего в 1992 г. даже попытались назвать пер. Безбожников, но все осталось лишь на бумаге). А на Мелек-Чесменском кургане в том же году были увековечены имена исследователей и реставраторов XIX века, причастных к судьбе этого замечательного памятника погребальной архитектуры.
А год спустя у входа в церковь Иоанна Предтечи была установлена мемориальная доска в честь В.Ф.Войно-Ясенецкого (1877-1961), выдающегося деятеля медицины и церкви, уроженца города, причисленного после смерти к лику святых. На ту пору это было совершенно неординарное для Керчи событие.

1999 год стал временем открытия двух очень важных памятных знаков. Один из них был посвящен А.С.Пушкину и вновь всем напомнил, что городу есть чем гордиться: гений русской поэзии ступал по его улицам, видел его достопримечательности, отразил имя Керчи в своем творчестве. Произошло это 17 августа на городской набережной, где была торжественно открыта скульптура юного поэта

А через несколько месяцев, в декабре 1999 года был открыт памятный знак в честь пребывания в Керчи Петра Великого. (Позже, в 2006 и 2009 гг., памятник претерпел изменения: на нем появилась новая доска и барельеф императора.) Открытие было приурочено к 300-летию появления у берегов Керченского пролива русской эскадры. Находясь в составе одного из корабельных экипажей, царь московский и всея Руси инкогнито ступил на керченскую землю и был он первым среди Романовых, неоднократно посещавших Керчь впоследствии, на протяжении всего девятнадцатого века.

Первым после Петра удостоил Керчь своим посещением великий князь Николай Павлович, будущий император всероссийский. Было это в 1816 году, а спустя годы он оказался в Керчи вместе со своим сыном цесаревичем Александром. В сопровождении свиты отец и сын осенью 1837 г. осмотрели город, побывали во вновь построенной первой русской церкви, познакомились с музеем, видели результаты археологических исследований. Этому памятному для города событию посвящена мемориальная доска, установленная на улице, называвшейся Николаевской. Произошло это весной 2007 года. Было торжественно и — отрадно. Еще одна улица вспомнила свое изначальное имя.

А прежде были улицы Херхеулидзевская, Воронцовская и Стемпковская. Мемориальные доски на них были открыты в течение одного — 2001 года. Были они в отличие от «николаевской» еще достаточно скромны и, может малозаметны, но это были первые ласточки, это было начало. Очень хотелось, чтобы в городе помнили и эти имена, имена более чем достойные

Два года спустя на современной Театральной, на стене ресторана «На Дворянской», появилась небольшая мраморная доска. Теперь все могли узнать об изначальном названии этой старинной керченской улицы.
А в 2004 году удалось установить доску более внушительных размеров на улице, казалось, не нуждавшейся в том, чтобы напоминать, чьим именем она названа. Но был год 150-летия начала Севастопольской обороны времен Крымской войны. Была потребность напомнить и об этом и навсегда снять вопрос о том, чьим именем была названа еще в 1911 году (в текст доски вкралась ошибка) бывшая Феодосийская улица. Наши предки знали Николая Ивановича Пирогова (кстати, посетившего Керчь в 1857 г), помнили о нем, и наш долг — также всегда помнить об этом гениальном хирурге. Подтверждением тому служит и мемориальная доска (2004) на административном корпусе ТМО №1 (преемнице городской больницы) и вновь установленный в 2009 году бюст Пирогова в одноименном сквере.

Рядом расположенный памятный знак, появившийся в сентябре 2003г. на пл. Шлагбаумской в честь пребывания на Боспоре апостола Андрея Первозванного, служит памятью об истоках православия в Керчи, которая по праву может считать себя одним из немногих апостольских городов мира.

Наконец, вспомним Набережную улицу, так и остающуюся сегодня безымянной. Но уже помнящей о своем прежнем имени. О том, как называлась эта улица в прошлом, рассказывает мемориальная доска на боковом фасаде одного из зданий на берегу моря. Александровской набережная именовалась далеко не случайно. Как могли жители города забыть о трех визитах императора в 1861, 1863, 1872 гг., о заботе Александра II, проявленной по отношению к разоренной англо-франко-турецкими оккупантами Керчи. Доска появилась летом 2008 года.

В следующем году планировалось обозначить место существования в прошлом улицы Спицынской, но по разным причинам это стало возможным только весной 2010 года, когда в честь 200-летия со дня рождения адмирала А.П.Спицына (1810-1888) на фасаде городского культурного центра им. Ю.Богатикова была установлена мемориальная доска. Она стала очередным, но надеемся, не последним напоминанием о том, что у города была не только советская, но и иная, дореволюционная, российская история.

Об этом же свидетельствуют: мемориальные доски на месте мавзолея И.А.Стемпковского (2000) и в честь художника и археолога Ф.Гросса (2004), два поклонных креста на месте утраченных в Еникале и крепости Керчь православных храмов (2005), памятный знак в честь тех, кто не по своей воле покинул Родину в годы гражданской войны — Покаянный крест «В память исхода Русской армии» 1920 года (2006), мемориальная доска (2007) и памятник святому праведному воину Феодору (адмиралу Ф.Ф.Ушакову) (2009), мемориальные доски на стене бывшей табачной фабрики К.И. Месаксуди (2006) и на Гагаринском кольце в честь итальянской общины (2008), наконец, памятный знак жертвам красного террора 1920-1921гг. в Керчи в ограде Св.-Андреевской церкви и мемориальная доска в честь Николаевского придела Иоанно-Предтеченского храма (2010).

Причастны ко всему этому, конечно, были в первую очередь городской голова О.В.Осадчий, главные архитекторы А.А.Сальников и А.Л.Удовиченко, директора заповедника П.И.Иваненко и Н.В.Галченко. Но не оставались в стороне и множество неравнодушных к современной судьбе города и его будущему граждан. И не только жителей Керчи… Ведь, к примеру, покаянный крест — это дар выдающегося российского скульптора В.М.Клыкова, на изготовление нескольких мемориальных досок жертвовал свои личные средства профессор медицины из Симферополя Г.В.Кобозев (1923-2010), для увековечения памяти своего прадеда К.И. Месаксуди передал из Франции деньги его правнук Владимир Васильевич Месаксуди. Участвовали в пожертвованиях жители Москвы и области, городов Киева, Николаева, Одессы и Тулы. Инициатором создания обновленной мемориальной доски А.С.Пушкину был профессор ТНУ В.П.Казарин, он же способствовал появлению Покаянного креста в Керчи, когда Севастополь отказался принять его. Стараниями Е.К.Зелинской, президента «Медиа-центра» из Москвы, был решен вопрос финансирования строительства памятного знака жертвам красного террора.

Выделяли средства на доброе дело благотворительные фонды им. Серафима Саровского и «Немцы Крыма», Русский культурный центр (Симферополь), Керченский историко-культурный заповедник, малое частное предприятие «Семта»…
Что касается наших сограждан… Их было много, людей разного возраста, разных профессий, работающих и пенсионеров. Но всех их объединяло одно: они хотели, чтобы сами горожане и те, кто посещает наш город, узнали больше о малоизвестной (а порой и просто забытой) истории Керчи, истории, связанной с различными, нередко, очень значительными событиями, с судьбами многих замечательных людей. Не станем называть всех причастных к этим благородным акциям, боясь пропустить кого-либо из них. Тем более, многие, бескорыстно участвуя в пожертвованиях, не желают обнародования своих имен. Скажем лишь о тех, кто внес наиболее значительный вклад и не обязательно чисто материальный.
Была и есть группа энтузиастов и организаторов. Это не только руководители общественных организаций — Российской общины Керчи (недавно умерший М.Г.Шебанов), Российской общины «Отечество» (В.В.Приходько), Союза монархистов (Г.Б.Григорьев), Союза казаков (А.В.Самойлов), но и просто активисты: С.В.Оникийчук, братья Константин и Владимир Ходаковские, С.А.Шестаков, В.М.Стародубцев, П.П.Котельников, В.Ю.Никандров…
Появлению каждой новой мемориальной доски предшествовала многомесячная подготовительная работа по согласованию решений, разработке проектов, сбору средств, заказу изделий, по организации установки и открытия данных объектов. Монтаж во многих случаях осуществлялся с участием административно-хозяйственного отдела заповедника. Необходимые суммы складывались не только из денег инициаторов. Жертвовали все, кто также проникся благородной идеей популяризации мемориальными средствами имен и событий керченской истории. Были среди них работники металлургического комбината, учителя и медики, предприниматели, работники телеканала «Керчь», сотрудники историко-культурного заповедника…
Несомненно, процесс возвращения исторической памяти не может ограничиться всем тем, что уже сделано. Рано или поздно местное общество обратится к проблеме возвращения старых названий (во всяком случае, наиболее важных, наиболее значимых, по-другому говоря — знаковых) или замены топонимов, сформировавшихся в условиях так называемой тоталитарной системы.
Как и в какой форме это может быть осуществлено? В отдельных городах это началось уже относительно давно и продолжается поныне (в том же Киеве). Но довольно затратный процесс обратных наименований и переименований доступен далеко не всем населенным пунктам. И есть в таком случае примеры постепенного перехода (возвращения) к прежним названиям. Например, в Феодосии объявлен десятилетний переходный период и на отдельных улицах одновременно с действующими названиями появились исторические.
Какой путь изберет наш город, придут ли горожане к необходимости если не кардинальных, то хотя бы частичных изменений в топонимии Керчи, или ограничатся уже апробированным комплексом мероприятий — покажет будущее.


© Старший научный сотрудник Керченского историко-культурного заповедника, руководитель Инициативной группы по увековечиванию имен и событий керченской истории В.Ф.Санжаровец